Самые шокирующие экзекуции народов Севера: от чукчей до эскимосов


Многие народы Севера являются реликтами этносов, чья история уходит в глубины веков. Их национальные обычаи, иногда жестокие, служат отголосками событий тех далёких времён.

Наказания за кражи

У ульчей каралась кража добычи пушного зверя из ловушек, причём за малоценного зверя карали серьёзнее: считалось, что кража совершена не из необходимости, а из злых побуждений.
Айны наказывали за кражи очень сурово: перерезали сухожилия на ногах, отрезали носы и уши.
Любителя краж чужих неводов с рыбой могли в наказание спустить под лёд.
У ительменов ворам-«рецидивистам» обматывали руки берестой и поджигали.
У орочей склонность к воровству считалась признаком овладевшего человеком злого духа. Виновному подставляли под нос пучок тлеющего багульника и пороли, пока из него не выходил злой дух (Ларькин В.Г.)
Порка применялась не по количеству ударов, а до определённого состояния. У эвенков воров секли до 4-х обмороков.
Васюганские ханты надевали на провинившегося высокую берестяную шапку и водили по посёлку, при этом он должен был бить в котёл.

Серьёзным аморальным проступком была кража имущества из дома или чума. Само нахождение на чужой территорию подразумевало акт доверия, нарушение которого было недопустимо. «Зачем мою вещь брал? Меня мёртвым считал?» - то есть вор не просто взял чужое, но и накликал беду на хозяина.
Бесчестье в таких случаях падало на всю семью вора и даже на его предков, а это могло иметь тяжкие последствия для всего рода.
Воздействие нравственного осуждения было очень сильным. Известны случаи, когда нивхи, уличённые в аморальных поступках, уходили в тайгу и кончали жизнь самоубийством. (В.А. Зибаров «Юстиция у малых народов Севера»)

Виновного порицали всем обществом, приговаривали к публичному покаянию и компенсации ущерба, били по лицу, пороли розгами или наносили уродующие человека раны.
У тофаларов виновных секли публично. Как правило, мужчин секли голыми, хотя и не везде. На женщинах оставляли рубашку. Наказанный особо не переживал по поводу случившегося, садился вместе со всеми и участвовал в общем разговоре.
У чукчей виновный становился на колени и его били по голове палкой, к которой была прикреплён кусок оленьего рога.

Распространённым наказанием было привязывание человека на один день к дереву: все проходили мимо, плевали на него и высказывали всё, что думали о его поведении.

Но голодный имел право взять без спросу еду и никакой кары за это не предусматривалось. Причём бедняк мог так же безнаказанно угнать у богача одного-двух оленей.

У различных этносов суровость наказания за одну и ту же провинность могла сильно различаться. Описывается случай, произошедший у остяков: кража убитого медведя. Подозреваемый был подвергнут тройной присяге на священных предметах: огнём (углём), водой и головой медведя. На третьем этапе человек не выдержал психического напряжения и сознался в краже и попытках обмануть старейшину. Ему было положено наказание: вернуть украденное, а также трижды закинуть невод и отдать добычу шаману для жертвоприношения.

Нанесение материального ущерба часто компенсировалось выкупом.
После подчинения русским выкуп за украденное вносился в том числе водкой.
За убийство чужого оленя полагалось возмещение его стоимости, выдача шкуры и бутылка водки, которую совместно распивали истец, виновный и судья. Стоимость оленя определялась его качеством: бык, важенка, обученный или нет.

Суровым наказанием являлось изгнание из своей среды: это было равносильно смертному приговору. Известен случай, когда тунгус, женившись вторично, в угоду второй жене оставил в тундре свою дочь от первого брака.
В период голода в тундре оставляли также приёмышей, больных и немощных.

После прихода русских этот вид кары утратил актуальность: изгой просто уходил в русское селение или в острог, где его охотно принимали на службу.

Успешное воровство вне своего рода считалось похвальным, но среди «своих» сурово наказывалось. Неудачников пороли, но не за кражу, а за неумение. Кража у русских, коми или шведов была с точки зрения саамов похвальным поступком, но среди хантов, ненцев и ительменов русские приравнивались к своим, воровать у них запрещалось (С.П.Крашенинников).

Наказания за сексуальные провинности

У большинства народов Севера внебрачные связи проблемой не считались, как пережиток группового брака, в отличие от бесплодия. Бесплодных женщин раскармливали до ожирения, в результате которого они рано умирали.
Но у хантов распутных жён пороли до такой степени, что они были не в состоянии самостоятельно покинуть место экзекуции. А мужчин за прелюбодеяние одевали в безобразную одежду и водили по юртам на всеобщее осмеяние.
Айны практиковали в виде наказания за супружескую измену подвешивание за волосы и битьё палками. Как более поздний вариант, муж вызывал соперника на дуэль – три раунда по три удара палкой по голой спине, плюс выкуп, после чего инцидент считался исчерпанным.

У ненцев муж жены-изменницы молча подходил к упряжке соперника и отпрягал из неё одного оленя.
У сахалинских нивхов, эвенков и нанайцев неверную жену бросали одну в тундре.

Насильников связывали и коллективно пороли: кто сколько пожелает, но в случаях с девицами нередко дело ограничивалось калымом и женитьбой.
Применялся «херкем»: человека привязывали на ночь перед дымовым костром к шестам чума так, что он не мог сесть и вынужден был всю ночь дышать едким дымом.

Наказания за убийство

Убийство старого и немощного члена семьи преступлением не считалось: человек уже не имел возможности жить в полную силу, был обузой для семьи, и нужно было ему помочь возродиться вновь молодым и сильным.

Убийство полноценного члена рода посторонним требовало кровной мести. Юкагиры рассматривали это как пролитие крови своего родоначальника, от которого может померкнуть солнце.
У ульчей полагалось отдать семье убитого собственного сына.
У народа айнов убийц живьём закапывали в землю.

У нанайцев за убийство полагалось отдать сестру, а если её не было, то выкуп, в который обязательно входила кольчуга (Штернберг Л.Я. 1939 г)
Особо провинившихся заковывали в колоду: человек не мог никак себя обслужить, ни самостоятельно есть.

За убийство внутри рода следовала казнь или изгнание у всех народов за исключением чукчей.
У них даже убийство внутри семьи оставалось без последствий, если убийцей был мужчина. Известен случай, когда глава семьи безнаказанно убил двух своих жён с детьми и племянником.
Состояние опьянения считалось смягчающим обстоятельством: имелось в виду, что человек совершил преступление не по злому умыслу, а по причине помрачения ума.

Нарушения табу

По обычаю тунгусов инородец, зашедший в чум к больному человеку, считался виновным в его смерти и подлежал убийству по принципу кровной мести. Но можно было и договориться о выкупе, поскольку система носила не столько карательный характер, сколько обязательством загладить вину и смягчить нанесённый вред.

Вода, огонь, жилище и посуда для приготовления пищи были священными у всех народов Севера. Запрещено было мочиться на угли. У орочей наказывали за опрокинутый в гостях ковш с водой и за поломку ограждения очага. У ненцев – за испражнение в чужом чуме. Не полагалось охотиться на молодых и беременных животных.

Военные традиции

Чукчи на протяжении столетий были настоящей грозой Арктики и держали в страхе эскимосов, коряков и юкагиров. Чукотские воины имели костяные латы, отлично стреляли из луков и в бой шли под грохот бубнов, обтянутых человеческой кожей. Нередко набеги носили территориальный характер: Азия против Америки. Особо ценной добычей считались негритянки: ради их добычи флотилии чукотских байдар доходили до Канады.
Чукчи применяли пытки по отношению к взятым в плен вождям и военачальникам. Человека раздевали и привязывали к дереву: зимой он замерзал, а летом заживо съедался мошкой: эти насекомые не просто пьют кровь, как комары, а выкусывают плоть по кусочку. Также могли сжечь пленника, посадив его на раскалённые угли.
Эскимосы платили чукчам полной взаимностью. Они казнили пленных, просверливая им черепа.

Корякские и чукотские женщины носили нож, которым в случае военного поражения убивали своих детей и совершали самоубийство, чтобы не попасть рабство.

Коряки вырабатывали у детей реакцию на опасность: подкрадывались к малышу и обжигали его раскалённым и острым предметом. В результате дети привыкали молниеносно отскакивать при малейшем непонятном движении или шорохе. Успешность привитых навыков проверялась тестированием: отец отправлял ребёнка куда-либо с поручением, а сам крался следом, и улучив момент стрелял в сына из лука. Если тот не успевал среагировать, то падал замертво.

У народов Севера считалось, что даже если провинность человека осталась невыясненной, духи сами накажут виновного. Это делает по поручению верховного божества дух-медведь. Если человек погибал от несчастного случая, считалось, что он когда-то дал ложную клятву или иным способом нарушил своё равновесие с Мирозданием. Если на кого-либо нападал медведь, он автоматически признавался виновным во всех предыдущих тяжбах. Если при этом оставался в живых, то должен был покаяться и выплатить сопернику по суду компенсацию, независимо от давности тяжбы.

Комментов: 0

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Самые шокирующие экзекуции народов Севера: от чукчей до эскимосов